Лагге Лёф, оксенфуртский вор

Версия для печати


Мы, Лодочники – банда молодая – недавно собрались – но многочисленная и амбициозная. Нашей задачей было как следует заявить о себе, утвердить себя в Оксенфурте. Что бы знали нас. Для этого мы хотели совершить какое-нить громкое убийство или знатную кражу. Конкретных планов на начало игры не было – решили осмотреться на месте, поближе познакомиться друг с другом и тогда уж действовать по обстановке.

Еще было известно, что при игорном доме тоже есть шайка, конкуренты, надо было их как-нибудь обойти. Было так же известно, что среди этих конкурентов бойцов – побольше, чем у нас.

Когда я говорю «мы» я имею в виду вот кого – во-первых, конечно, Соньку-Косточку, она же Капитан. Она торговала всякой морской снедью и была у нас за главного. Еще были две девушки-полуэльфки – Вера и Лауль, еще Джина из борделя, еще двое малолетних пацанов – Фальгер и Робер, студент Вацлав (он был по торговым делам и пытать тоже умел дай бог каждому), еще один новенький, довольно отмороженный тип, ну и я , Лагге (Боцман). Еще в Новиграде проживал Скальпель, он вечерами с нами работал, а днём в Новиграде в аптеке.

Сначала мы по городу шастали, всюду поглядывали и между собой знакомились. Довольно скоро выяснилось, что наши конкуренты наехали на бордель с целью крышевания. Ну я дубину взял и пошел знакомиться. Зашел – и сразу к пахану ихнему. И хоть пришлось дубинку сдать, но разговор от того более приятным не сделался. Как так говорю, вы тут крышуете бордель, это не ваше заведение. А пахан их оказался человеком с понятиями, объяснил, что они договорились по-милому о бартере. И денег ни геллера с борделя не просят. Это мне очень понравилось, то что и драться оказывается с ними не надо, и еще что пахан с понятиями и еще что сами они ребята нормальные, не отморы какие.

Прихожу с новостями на малину (малина наша за самым ипатовым домом была). Мне кэп говорит идтить в кабак и стрясти с них за день плату. Я спрашиваю – а они в курсе, что денег должны? А кэп уже отвлеклась, дела у нее. Ну ладно, пошел в кабак. Захожу, требую кабатчика для делового разговору. И сразу говорю ему, что, мол, мне известны люди, которые задумали все его заведение напрочь разнести.

– А за что?

– А что денег не плотите.

– Так кому ж платить? Пусть присылают человека.

– Так вот уже прислали!

– Кого?

– А меня!

– Так вы что ль от Сони?

В общем, нехорошо вышло, доброго человека зря напугал, но главное – заплатил добрый человек, возвращаюсь с деньгами на малину.

А по дороге встречаю Мышь – она теперь крутая, приехала с магичкой, и больше не продается за недорого. С малины иду еще погулять – осмотреться. Встречается дамочка, богато прикинутая, с красным таким зонтом, элегантная. Шипит на меня, чтобы я тихонько так за нею пошел и дело ея выслушал. Тихонько так иду за ней и слушаю дело. Интересуется она убиенным незнакомцем, которого вчерась в доках нашли. И еще какой-то запиской, которую покойный успел кому-то там передать и доставить. Торгуюсь немного и берусь за дело. Начинаю спрашивать своих, кто говорю подрезал мил человека. Оказывается – Лауль его зарезала, в порядке самообороны, когда тот внезапно на Робера наехал. Ну, думаю, не скажу ничего дамочке, хотя денег жаль. Решаю в конце концов повыяснять, для чего заказчице вообще вся эта информация. Та упирается и внятно ничего не объясняет. Говорит только, что мстить никому не станет. Ну, за денежку устраиваю ей встречу с Робером.

Еще жрецы на меня вышли, солнечные. Они ребята веселые, у них и религия такая славная, что если делаешь, что тебе самому по душе – то вот и славно и бог с тобою! А если иначе – то это грех. Они торговали вином, очень много у них вина оказалось. И много чего еще предлагали. Я им сразу сказал, что вот они тут хозяйствуют, и пора уже о защите своего храма от всяких хулиганов – призадуматься. По времени не тороплю, но призываю на утро принять решение, что бы не было в храме погромов. Гуляю себе дальше, а тут навтречу ведьмак. Ищу грит купца одного, а найти не могу никак. И называет имячко Фальгерового папаши покойного. Ну, устраиваю встречу. И тут ведьмак заявляет Фальгеру – ты, грит, моё предназначение, я, грит, тебя увезу и там сделаю из тебя такого, как я сам. Ну, думаю, дело – дрянь. Так запросто Фальгеру от нас не уйти – у нас вход рубль, а выход только на погост предусмотрен. О чем я Фальгеру и напоминаю тут же. Тот о чем-то с ведьмаком потрепался и ведьмак ушел. Становится мне интересно, а как же Фальгеров папаша преставился и оказывается, что тот при пожаре помер, а пожар тот был подозрительный. Скоро удается установить, что наши конкуренты из игорного дома – к тому пожару люди причастные. Тут становится мне неприятно и холодно на душе, но делать нечего, приходится идти к этим бандитам и говорить. Пахана спрашиваю – как же так вы человека убили и дом обнесли, а это моего кореша дом был. И чтож нам делать теперь? А сам думаю, вот пошлют меня сейчас куда подальше и будет у нас в порту большая поножовщина, и сколько наших не вернется – никто об этом не знает. Но пахан говорит, что дом они сожгли, и денег за это получили от купчишки одного местного, но жителя не убивали, и не желали такого исходу. А оказалось, что на момент поджога тот уже был зарезанный. А кем – пахан того не ведает. И что люди его делами мокрыми брезгуют. Что тут скажешь, история странная, и мне кажется, что истинная – дешевле было придумать что-нить по-правдоподобнее. С этим ухожу назад на малину. Уже свечерело и мы решили пойти наконец кого-нито на гоп-стоп поставить. Пошли Фальгер. Лауль и я. Темно уже было, но перед ипатовым домом довольно много народу шаталось. Сперва можно было ипатова секретаря грабануть и прикончить, но пока мы с ним любезно здоровкались – там еще народ подвалил и момент был утерян. Мы отошли вдоль канавы и устроили засаду. Видели, как подряд трое проваливались в пруд. Еще видели, как страшный библиотекарь – рожа волосатая, ведьмак по нему плачет, шатается по городу туда-сюда, туда-сюда. Подумали, удастся ли его оглушить при случае – решили попробовать, хоть и не было никакой уверенности. А по нашей стороне канавы никто не ходил! Ходили почти все по другой стороне. Я и перешел на другую сторону и спрятался возле стены дома какого-то. И тут в этот самый дом начинает ломиться человек. И на меня сперва наезжает – чего это я там делаю, дескать. А сам вооружен и вроде при доспехе – мы таких не грабим. Я ему говорю, что дескать у меня с мазелькою встреча тута под забором. Ну он от меня отвял и давай препираться с кем-то по ту сторону стены. И потом оттуда выходит другой, тоже вооруженный. И оба они сваливают. Пошел я к подельникам моим и говорю – что это за дом такой? В темноте-то не видно сразу. И видим мы, что это наш банк Оксенфуртский без охранников остался. Смотрим на дверь – выломать такую силой невозможно, а вот замочек отмычечкой – запросто. А у нас Фальгер по этим делам специалист. Тут как раз рядом Артемка оказалась – ну мы ей говорим что сейчас будем банк грабить, и что пускай смотрит, что у нас все по-честному. Тут Фальгер замок взламывает, и мы внутрь проникаем, а Лауль на стреме стоит, а про библиотекаря мы как-то сразу позабыли. Нашли мы сундук и ключ на столе. Сундук тож заколдован, но опять же, к счастью, при нас Фальгер был. Только малой руку свою в сундук запустил, как Лауль шухер кричит. Мы бежать. До самой малины бежали. Приходим и говорим, что вот гоп-стоп у нас не получился, но зато мы банк ограбили. И Фальгер показывает чеки, которые он из сундука упёр. Братва очень обрадовалась, дело это знатное – удача большая. Но тут пацан и говорит, что в том сундуке еще остались вещи. Решили мы вернуться, на этот раз вчетвером. И тут уж мы из банка вынесли всё до последнего геллера. Печать, бумагу гербовую, тьму незаполненных долговых обязательств, в общем – всё. Очень обрадовались все лодочники и капитан особенно, так как можно сказать задачу свою мы выполнили этим ограблением. И решили мы пойти и дело это отметить.

Отмечали сперва на малине, потом в кабаке, сперва сами, потом к нам банковский охранник присоединился и выпил с нами за успех нашего предприятия, потом еще студенты пришли, один из них очень душевный такой, сперва по пьяни к мальчику нашему стал приставать, но оказался парнем, что надо. Потом мы вышли из кабака и стали петь, там еще менестрель приключился эльфийский. А потом мы пошли в храмовую кухню и стали со жрецами петь, и мы всех угощали Ханисейским и всюду хвастались что у нас большая удача. Только подельники мои всё меня пинали, чтоб я не запалился и никому не сболтнул лишнего, но мне трудно было удержаться. А потом Фальгер и вспоминает, что нам днем предлагали 50 монет новиградских, если мы эльфа из тамошней тюрьмы освободим. Мне сначала не хотелось идти, но потом я согласился, а больше никто с нами не пошел и мы отправились в Новиград. По дороге мы не прекращали отмечать, да. В общем в Новиград мы явились довольно усталые. Стали искать тюрьму. Для этого мы заходили во все дома, которые нам встречались. Многие были не заперты и мы тогда что находили – все себе забирали. А тюрьма оказалась взломана и пуста. Тогда мы пришли в бордель и там провели какое-то время, а потом отправились домой, в Оксенфурт. По дороге познакомились с милсдарем Чорным, и знакомство это очень мне пригодилось потом, но это уже совсем другая история.